Любимецсудьбы

Оригинал: Fate's Favourite

Автор: The Fictionist

Переводчик: St Irrana

Бета: Крошка

Рейтинг: R

Размер: макси

Категория: Джен

Пейринг: ГП/ТР

Жанр: AU, Action/ Adventure

Отказ: HARRY POTTER, characters, names, and all related indicia are trademarks of Warner Bros. © 2001 and J..

Аннотация: Есть немало историй, в которых Гарри Поттер оказывается в прошлом, во времени юного Тома Риддла, а затем либо остается там, либо возвращается обратно. На этом истории и заканчиваются, если конечно Гарри не пытается изменить Волдеморта в лучшую сторону. Но что если все произойдет по-другому? И хотя бы раз кто-то отправится за Гарри в его время?

Разрешение на перевод: получено.

Пролог и Глава 1

Гарри смотрел на гриффиндорский стол, не обращая внимания на взгляды со стороны учителей и учеников. Шел пир в честь начала нового учебного года. А он выглядел не так, как обычно. Он изменился и вел себя иначе. А разве он мог не измениться?

Прошедшее лето было невероятным, даже по его крайне изощренным меркам. Путешествие во времени. Он провел целый год в прошлом, в 1943 году. И учился в Хогвартсе на пятом курсе вместе с Томом Риддлом. Это был год до всех тех событий: открытие секретной комнаты, возвышение Темного Лорда… Нет, этот Том не был еще Темным Темнейшеством. Но временами казался.

И все же он не был Волдемортом. Сейчас Гарри мог это понять.

Задумавшись, он слегка улыбнулся. Было бы просто немыслимо, если бы он прожил целый год как Гаррисон Эванс, один из знаменитого Слизеринского дуэта, и не изменился. Но это изменение нелегко было объяснить. Рон с Гермионой почувствовали, что он стал другим, а он даже не представлял, с чего начать им свой рассказ. Их бы это полностью выбило из колеи.

Как Гарри понял, главной версией сейчас у них было то, что смерть Седрика сильно повлияла на него. Легкая дрожь пробежала по его спине. Гарри признавал, что пережить ее было не так– то просто, но она его не сломала. Нет.

– Гарри? – нерешительно спросила Гермиона.

– Н– да? – он взглянул на нее, заставляя себя сосредоточиться.

– Как ты?

– Отлично! Я в порядке, – быстро улыбнулся Гарри и отправил очередную порцию спагетти в рот.

– Ты кажешься… другим.

– В самом деле? – вежливо ответил он, а затем подмигнул: – Другим, в хорошую или в плохую сторону?

Гермиона удивилась. Уверенность, еще одно изменение в нем. Просто Том всегда требовал, чтобы он был уверенным или, по крайней мере, создавал видимость. Это одна из основ жизни слизеринцев: вы должны выглядеть уверенными или стервятники махом разорвут вас на части.

Да почему он вообще думает о Томе? Все закончилось. Теперь он был в своем времени, и если будет продолжать думать о прошлом, то это сведет его с ума. Волдеморт– то все еще здесь.

– Просто другим, – уклонилась от ответа девушка.

Гарри пожал плечами.

– Люди меняются, – тихо сказал он. Он и поменялся. И надеялся, что Том – нет. Надеялся так сильно… и все же, и Волдеморт все еще здесь, и Салазар; разве это не было как удар под дых? Если только мир Тома не превратился в альтернативную реальность…

Тогда там был бы другой Гарри Поттер, который жил бы с родителями. А Том, всего вероятнее, к тридцати годам стал бы министром магии.. Зеви Принц, конечно, был бы зельеваром и путешествовал бы по миру, демонстрируя свои безумные способности. Гарри чуть улыбнулся, думая об этом, а затем позволил мыслям скользить в свободном направлении. Он не мог зацикливаться на этом. Просто не мог. И сейчас он хотел, чтобы его сердце повиновалось разуму.

– Да, наверное, – согласилась Гермиона, внимательно рассматривая его.

Раньше он бы смущенно поерзал на стуле и захотел рассказать ей обо всем. Но после пристально– въедливого препарирующего взгляда Тома испытующие взгляды остальных не шли ни в какое сравнение. Ну вот, опять! Он думает о прошлом. Так трудно отвыкнуть. Он почти сел за Слизеринский стол, когда вошел в Большой зал и легкие остроты Малфоя (тот, который Драко) только повеселили его. И он чуть не назвал его Абрахасом, потому что они чертовски похожи.

Гарри съел еще спагетти. Сортировка закончилась тем, что к каждому факультету добавилось по несколько новых учеников. От безделья он сжимал на коленях руки. Так странно было сидеть здесь. Нереально. Хотя так не должно было быть, но он так чувствовал. Гарри почти хотел вернуться снова в 1943 год, что было смешно, потому что большую часть времени там он пытался найти способ вернуться обратно. Кто же знал, что все, что ему нужно это попасть под смертельное проклятие. И вот именно тогда, когда он наконец– то смирился с тем, что находится в прошлом, его выкинуло обратно в свое время.

Судьба ненавидит его.

Целиком и полностью.

Когда все наелись, Гарри по мере возможностей попытался поучаствовать в разговоре с однокурсниками. Затем Дамблдор поднялся произнести речь.

И в центре зала возникло и стало разрастаться белое свечение.

Со смесью страха и любопытства все уставились туда. Гарри занервничал. Нет, этого не могло быть. Этот свет… был таким знакомым. Голоса, раздающиеся оттуда, становились все громче.

– Ты уверен, что это сработало? – это был голос Альфарда.

– Хочешь сказать, что Том ошибся? – а это Лестрейнджа – все такого же подлизы.

У Гарри возникло странное желание истерически рассмеяться, когда посреди Большого Зала появились пять человек. Альфард Блэк. Кигнус Лестрейндж. Абрахас Малфой. Зеви Принц. Том Риддл. Все изумленно уставились на них.

– Что это все значит? – потребовал Дамблдор.

Том бросил на директора быстрый взгляд, слегка скривив губы от пестрой мантии со шмелями, затем обвел глазами зал и снова вернулся к Дамблдору.

– Я ищу кое– кого, – сказал Том. – Гаррисона Эванса.

По залу послышались шепотки. Гарри прикусил губу. У наследника Слизерина вечно была тяга к театральным эффектам.

– Но возможно вы знаете его как Гарри Поттера?

Разом стихли все перешептывания, и взгляды всех присутствующих обратились к Гарри подобно неоновым указателям. С тем же успехом он мог бы встать.

– Так значит ты все еще живой? Черт! А я так надеялся! – усмехнулся Том.

Улыбка медленно появлялась на лице Гарри.

– Нет, – с глубокомысленным видом ответил он. – Все еще не смешно. Я бы на твоем месте перестал мечтать стать комиком. Так что вы, парни, здесь делаете?

– Ищем тебя, – сказал Абрахас. – Тому стало недоставать твоего хорошенького личика, и он решил отыскать тебя. Откровенный фаворитизм, вот что я на это скажу…

Гарри чуть выгнул бровь от такого объяснения. Том в ответ закатил глаза. Гарри еще больше улыбнулся и съязвил:

– О, я всегда знал, что ты будешь скучать без меня.

– Было действительно скучно, – ответил Том. – И никто не попадал в больничное крыло.

Гарри открыл рот, закрыл его и снова открыл.

– Это было то всего один раз, – нахмурился он.

Том усмехнулся.

– Что здесь происходит? – Потребовал ответа Дамблдор, сильным и в тоже время блеклым голосом. Гарри внезапно сообразил, что они все еще находятся посреди Большого Зала.

– Гаррисон Эванс – это Гарри Поттер, – заявил Абрахас. – И мы решили последовать примеру чудо– мальчика и устроить будущие или же, как было в его случае,…

– Не говори «прошлолетние», – пробормотал Зеви. – Нет такого слова!

– Прошлолетние каникулы, – самодовольно продолжил Абрахас, – Это сортировочная шляпа? Великолепно! Я полагаю, для нас найдутся места в спальне слизеринского факультета?

Дамблдор чуть нахмурился, из глаз исчезли последние искорки веселья. А Гарри в это время посмотрел на гриффиндорский стол.

Рон выглядел ошарашенным, и стал странного красновато– коричневого цвета. Гермиона казалась ошеломленной. Гарри перевел взгляд на Джинни, с пепельным лицом уставившуюся на Тома в абсолютным ужасе. Гарри посочувствовал ей. Вот ведь дерьмо! Он и не подумал о ней!

– Не уверен, что это возможно, – сурово сказал директор.

Том улыбнулся. Чарующе. Жутко.

– Нам пойти и поискать место для жилья где– нибудь в другом месте? – вежливо спросил он. – Возможно у моего будущего «Я»?

Дамблдор побелел при мыслях о последствиях.

– И долго ты здесь находишься, Том? – чуть нахмурился Гарри.

Тот лишь с невинным взглядом посмотрел на него. Затем выражение его лица изменилось, и Том широким шагом подошел к Гарри, и с силой дернув за гриффиндорский галстук, вытащил его в проход и толкнул к сортировочной шляпе.

– Сортируй его заново! – приказал он.

Шляпа удивленно моргнула на них, если вообще это было возможно. Хотя, подумал Гарри, большинство шляп и песни не распевали, и мыслей читать не умели.

– Гриффиндорец, – фыркнул Том. – Ты, должно быть, меня разыгрываешь. Черт, а ты действительно был простачком со светлой стороны.

– Я уже дважды его сортировала! – взвыла шляпа. – И не собираюсь делать это снова! У меня от него голова болит.

Гарри бросил испепеляющий взгляд на слизеринцев из прошлого, и понимание вместе с сочувствием к шляпе немедленно исчезло с их лиц.

– Тогда просто скажи «Слизерин», – решительно произнес Том. – И тебе больше не придется никогда встречаться с его извращенным разумом.

– Извращенный разум? – вежливо повторил Гарри. – И это я слышу от тебя?

– Гриффиндорец, – повторил Том, как если бы это что– то доказывало. – Думаю, что комплекс героя…

– Нет у меня комплекса героя!

– Нет, есть, – ехидно заметил Лестрейндж. – Ты жалок.

– Что? – склонив голову на бок, улыбнулся Гарри. – А ты сам?

– Я не жалок! – прошипел Кигнус. Гарри просто усмехнулся, наблюдая за тем, как Лестрейндж, продолжая настаивать, становился все больше расстроенным.

Вот так и решился вопрос с размещением.

В итоге, по прошествии полутора часов и нескольких неудачных попыток выпроводить учащихся по их факультетским комнатам, все уладилось.

Группе из 1943 года выделили места в Слизеринской спальне и дали расписание занятий. Том спорил, что им требуется шесть кроватей, а Гарри упорно отказывался пройти сортировку заново, что привело к всевозможным пари и передаче денег между Абрахасом, Зеви и Альфардом.

Наконец было покончено со всеми формальностями. От учеников, желавших узнать, чем все закончится и сдерживаемых до этого преподавателями, посыпались вопросы. Гермиона пообещала Гарри, что они обязательно позже поговорят об этом в гостиной факультета, так как сейчас она, как староста, должна помочь первокурсникам. Как и Рон. Остальным Уизли пришлось утешать малышку Джинни. Гарри почувствовал себя слегка виновным за то, что он не с ними.

– Ты и правда тот самый Гаррисон Эванс? – с восхищением спросил слизеринец, которого, как смутно помнил Гарри, звали Теодор Нотт.

– Привет, – неловко ответил Гарри. Слизеринцы из его времени в основном смотрели на них всех и обдумывали возможности и планы, пытаясь решить, как использовать новую информацию.

– Но это означает, что ты – Том Риддл, – негромко сказал Нотт. Только блеск глаз выдавал его настороженность.

– А ты возможно родственник Поллуксу Нотту? – спросил Том с легким интересом.

– Он мой прадед, – сказал Нотт.

Том кивнул головой. И произнес только:

– М– м, ты похож на него.

– Поттер не может быть тем самым Гаррисоном Эвансом! – воскликнула Панси Паркинсон, что было весьма глупо по мнению Гарри. – Эванс такой… – она замялась, щеки порозовели.

– Уверяю тебя, это он, – холодно произнес Том. – Паркинсон, не так ли?

Разом притихнув, Панси опустила взгляд. Гарри вздохнул. Том никогда особо не жаловал Кассиуса, ее деда.

– Ты можешь хоть один вечер обойтись без строительства собственной маленькой империи? Боже! У тебя нешуточная мания величия!

– Это не мания величия, он на самом деле лучше всех. И уж, по крайней мере, тебя, – бросился на защиту Тома Кигнус. – Том, умоляю тебя, позволь мне преподать Эвансу, что значит уважение!

Тома это слегка позабавило. Гарри рассмеялся, с легкими нотками жестокости, которую, он был уверен в этом, перенял от Риддла.

– О, величайший! – насмешливо протянул он. – Я умоляю тебя, разрешить мне обучить Лестрейнджа парочке трюков. Я даже нашел бы собачьи галеты и ошейник! Это было бы чудесно! – Гарри похлопал ресницами.

Кигнус вспыхнул от ярости, а Зеви, Абрахас, и Альфард наоборот развеселились.

– Черт, так здорово, что ты снова с нами, Гарри, – улыбнулся Альфард.

Гарри покачал головой.

Расспросы продолжились.

Намного позже, по настоянию учителей слизеринцы (из прошлого и нынешние) отправились в подземелья, а Гарри пошел в башню. Теперь, когда он пришел в себя после потрясения, его замутило при мысли о том, что же подумают его друзья.

Ему еще предстояло познакомить своих друзей гриффиндорцев со слизеринцами из прошлого. И если честно, то он не думал, что это будет так уж плохо. На его взгляд они просто не будут общаться и даже вообще разговаривать. Конечно, было бы великолепно, если они смогли бы поладить, но он сильно сомневался в этом.

Когда Гарри вошел через проем за портретом Полной Леди и оказался лицом к лицу с мрачными, внимательными, присутствующими чуть ли не в полном составе гриффиндорцами, в комнате воцарилась тишина. Ему снова стало стыдно, едва он увидел Джинни, которая сидела на диване, в объятиях Фреда и Джорджа.

Он собрался с духом.

– Привет, ребята.

– Ты что-то забыл нам рассказать, Гарри?