– А это Амелл, – всё тем же жизнерадостным тоном продолжил Кусланд, указав на скрючившуюся возле костра фигуру с огненно-рыжими волосами и книгой на коленях. После его слов у фигуры появилась ещё и рука, которая перевернула страницу и немедленно пропала снова. – У Амелла есть два режима: первый – «я милое невинное дитятко из Круга, пожалуйста, обогрейте и накормите меня»; а второй – «я Древний Бог, падите ниц, жалкие смертные». А ещё он извращенец.

– Я только учусь, – не поднимая головы, негромко, но на редкость отчётливо сообщил Амелл, и Кусланд весело фыркнул.

– Он, как ты уже догадался по его платьишку…

– Это мантия, – сухо поправил его рыжий.

– …маг. Ещё он сумасшедший, и, как ты уже догадался по его вяканью…

– Это неточный термин. Вяканье издают детёныши хищников семейства собачьих, коим я не являюсь, и это совершенно другой звук.

– … он всё отлично слышит. Вообще всё, даже шёпот на другом конце лагеря. – Кусланд задумчиво почесал подбородок, улыбнулся взиравшему на него с почти преувеличенным вниманием Зеврану и дружески посоветовал: – Кстати, если выбираешь, кого убивать в первую очередь, давай лучше его. Я тебя, конечно, потом всё равно убью, но я это хотя бы довольно быстро сделаю. Четвертую, например. А вот что с тобой сотворит расстроенный Амелл, мне даже представить сложно.

– У меня есть несколько интересных идей, – всё тем же отстранённым тоном сообщил Амелл, по прежнему не отрываясь от книги. Мечтательно пошевелил пальцами и, на мгновение повернувшись к антиванцу, добавил: – Так что лучше его. А то как же я их проверю?..

– Не думал, что ты оставишь эту реплику без последствий, мой Страж, – с изрядным недоумением в голосе заметил убийца, когда они с Кусландом направились к стоявшей поодаль палатке Морриган. – Ты ведь командир этого отряда...

– Ну, папа меня с детства учил, что безумие – ещё не повод оставлять своих подданных без заботы, – уверенно сказал Кусланд. – К тому же если бы командиром был он, мы бы тут все улиток ели и несли с собой целую библиотеку.

– Улитки очень питательны, – едва слышно донеслось от костра. – А если как следует посолить, они ещё и вкусные. А в знании – сила.

– Значит, всё-таки он твой подданный? – на всякий случай уточнил Зевран.

– Ну, иногда, когда Его Магичество соизволяет высунуть голову из задницы, я себя чувствую, как управляющий при тевинтерском магистре, – беззаботно пожал плечами аристократ. Замедлил на мгновение шаг и пробормотал себе под нос: – Трахнуть его, что ли?.. Тогда это хотя бы на нормальную семейную жизнь будет похоже…

Антиванец поперхнулся очередным вдохом и ошарашенно уставился на него, и Кусланд деловито добавил:

– Кстати, когда он начинает вещать голосом Древнего Бога во всём сиянии его славы, слушайся беспрекословно. Он порождений тьмы чует лучше нас с Алистером вместе взятых, да и в магических пакостях разбирается, ему положено.

– Как скажешь, мой Страж, – пробормотал Зевран, понимая, что он нихрена не понимает.

Когда Алистер выполз из своей палатки в чужую вахту, сидевший у костерка Зевран удивился. Ещё сильнее он удивился, когда младший – по иерархии их немногочисленного Ордена – Страж подошёл к огню и с хмурым видом уселся напротив него. Вид у Алистера при этом был откровенно зелёный.

– Что-то случилось? – на всякий случай осведомился Ворон. Признаков непосредственной угрозы он не замечал, но кто его знает, может, за неподнесение страждущему товарищу зелья от несварения желудка Кусланд будет спрашивать с дежурного…

– Не твоё дело, – чуть не подпрыгнув, огрызнулся Алистер.

– А, тайна Ордена, – глубокомысленно покивал эльф. – Ну ладно. – Он подумал с полминуты и уточнил: – Остальные тоже этим страдают?..

– Не тво… – начал было воин, но тут снова послышался шорох, и из амелловой палатки выбрался её хозяин. Зевран с интересом уставился на мага, намереваясь оценить, насколько подойдёт легкая зеленца кожи к его огненно-рыжим волосам, но тот направился прямиком к палатке Кусланда. За миг до того, как Амелл коснулся полога, оттуда послышался хриплый крик, и внутри что-то дёрнулось.

– Тише, тише, – успокаивающе заворковал нырнувший внутрь маг. Зевран навострил уши и, забыв про хмуро сопевшего напротив Алистера, обратил всё своё внимание на его товарищей.

Под пологом палатки что-то вспыхнуло и слабо замерцало; потом сияние светлячка выровнялось, и через несколько секунд Ворон даже сумел различить силуэты Стражей: один, с предельно узнаваемым профилем Амелла, склонялся над другим, словно прикрывая от чего-то, а второй, съежившийся, утыкался головой ему в плечо.

– Всё хорошо, Айдан, это просто сон, – мягко повторял маг. Говорил он негромко, Зеврану приходилось изо всех сил напрягать слух, но удивительно отчётливо. Наверное, особое мажеское умение. – Ну хочешь, я тебе колыбельную спою?

Ворон невольно потянулся к стоявшему неподалёку ведру с водой, надеясь, что традиционный способ разъятия дерущихся котов сработает и в этом случае, и чуть не кубырнулся с бревна, когда Кусланд глухо буркнул:

– Хочу.

Амелл чуть слышно фыркнул и запел, негромко, но изумительно чистым и приятным голосом:

– Мы сотни раз сменили имена,

Забыли суть и прокляли обличья.

Танцующая с пламенем луна

Кривится в очертаньях непривычных.

Огонь поёт, но смысла нет ни в чём.

Нас не спросив, нам выбрали забвенье.

Неровность строк или удар мечом

Как будто равноценны в схватке с тенью…

– Ну да, офигеть как хорошо я буду спать после такой колыбельной, – преувеличенно ехидно проворчал через несколько минут Кусланд, деликатно вывернувшись из-под гладившей его по голове руки мага, и Зевран выдохнул с облегчением. И недовольно нахмурился, осознав, что, оказывается, почти волновался за этих… как бы их назвать поприличнее… Стражей.

– Ну и не просил бы тогда, – совсем как раньше, по-мальчишески обиделся Амелл и, пихнув товарища, выбрался наружу. На полпути к собственной палатке он наконец соизволил заметить взгляд Ворона и, пожав плечами, пояснил: – Кошмары Стражей.

– А ты как? – на всякий случай уточнил эльф. Кусланд Кусландом, но вероятность обнаружить у себя под боком невменяемого от страха мага беспокоила его куда больше.

– А чего я там не видел? – неподдельно изумился Амелл. – Да этот ваш Архидемон – щенявка беззубая по сравнению с той тварью, которая мне во время Истязаний встретилась…

– Пошли в палатку.

Зевран удивлённо моргнул и поднял взгляд на возвышавшегося над ним Амелла. На режим «милашки» открывшееся ему зрелище было не очень-то похоже (впрочем, Ворон считал, что Кусланд всё-таки ошибся, и этот режим следовало охарактеризовать как «последите за моим материальным телом, пока я обдумываю что-нибудь по-настоящему интересное», а второй – как «Ух ты, а теперь интересное творится здесь!»), но и для режима «магистра» чего-то всё-таки не хватало.

– Это почему это он должен идти в палатку с тобой? – скептически уточнил воздвигшийся с другой стороны Кусланд.

Антиванец сглотнул: он-то решил сделать ставку на аристократа и всё своё внимание обратил именно на него. Только он уже видел пару раз, как при возникновении споров из-за какого-либо предмета Кусланд, недолго думая, швырял его в ближайшее болото с репликой «Так не доставайся же ты никому». После исчезновения камня преткновения споры мигом утихали, и довольный предводитель возвращался к своим делам. Почему-то Зевран ни на миг не усомнился в том, что подобное могут проделать и с ним, благо болото было неподалёку. Как бы ещё горло кинжалом не перехватили для надёжности…

– Кусланд, ты девственник? – невозмутимо поинтересовался Амелл.

– Нет, – ошарашенно отозвался аристократ.

– Вот и отстань, – заявил маг. – А я девственник, значит, у меня приоритет в получении образования в некоторых областях жизни…

Через пару минут наблюдения за спором Стражей до Ворона начало доходить, что те попросту его делят, причём пока безуспешно. И что чревато это именно тем, о чём он подумал чуть раньше, потому что приоритеты у Кусланда были расставлены чётко, и в негласной иерархии отряда на всю голову стукнутый Амелл стоял гораздо выше приблудного ассасина.

– Стражи мои, а может, не будем ссориться? – старательно натянув на лицо соблазнительную улыбку, промурлыкал Зевран, переводя взгляд с одного на другого. В конце концов, пара молодых красивых мужчин – огненноволосый, с необычной для рыжего смугло-золотистой кожей и гибкой, как хлыст, фигурой, и бледнокожий сероглазый брюнет, широкоплечий и стройный… Да он бы и сам за такое приплатил. Не скупясь. – Места в палатке вполне хватит на троих.

Кусланд с Амеллом мгновенно умолкли и уставились на него. Зевран содрогнулся: несмотря на весь его опыт, разгадать выражение их глаз ему не удавалось. Может, ему полагалось смиренно ожидать решения предводителей, а за несвоевременное вмешательство он будет наказан…

– Ну я же тебе говорил, что надо было просто спросить, – снова развернувшись к брату по Ордену, заявил Кусланд. – А ты…

– А я тебе всё равно ещё раз скажу, что гораздо надёжнее, когда человек сам доходит до какой-либо мысли, – возразил Амелл. – Намного удобнее разбираться с претензиями, если они потом вдруг возникнут.

– Амелл, ты уже не в Круге, – устало напомнил аристократ.

– Но люди-то всюду одни и те же, – упрямо проговорил маг. – И базовые принципы психологии…

– Заткнись и пошли трахаться, – торопливо оборвал его Кусланд. – Зев, давай в мою палатку, она побольше.

Ворон посмотрел на одного Стража, на другого – и заржал.

– Итак, перед Собранием Земель говорю я. Потом я женюсь на Аноре и становлюсь королём, а ты, Дайлен, становишься Командором Серых Стражей, – на всякий случай напомнил Кусланд и, развернувшись к дверям тронного зала, расправил плечи. – Всё, пошли.

– А я хотел стать придворным магом! – обиделся Амелл.

– Тогда Командором придётся становиться Алистеру, – пожав плечами, спокойно сообщил аристократ. Маг посмотрел на смущённо улыбнувшегося воина и обречённо вздохнул.

Алистер вздохнул с облегчением.

В ответ на требование поединка Кусланд изысканно приподнял бровь, изображая удивление, и кивнул. И снова дёрнул бровью, уже совершенно искренне, когда Логэйн презрительно осведомился:

– Кого ты выставишь своим защитником? Или, может, рискнёшь сразиться со мной сам?

Кусланд уже сделал шаг вперёд, намереваясь объявить, что вступит в поединок, но тут Амелл подёргал его за рукав и громким шёпотом сказал:

– Айдан, а дай я? Ну пожалуйста.

Аристократ посмотрел в глаза мага, ещё более умильные, чем обычно в режиме «милашки», и послушно кивнул.

Амелл сверкнул торжествующей, какой-то нехорошей ухмылкой и, стремительно развернувшись к регенту, принялся надвигаться на него. Логэйн скептически хмыкнул, демонстративным жестом вытянул меч из ножен и покосился на королеву в ожидании сигнала к бою. Маг поудобнее перехватил посох и тоже посмотрел на Анору.

– Начинайте, – хмуро проговорила женщина.

Амелл тут же ударил посохом в пол, и Мак-Тира окутало слабое сияние заклятия паралича. Кусланд задумчиво улыбнулся: определять на глаз примерную силу заклинаний он уже наловчился, и сразу понял, что это продержится минут пять. И в эти пять минут регент абсолютно ничего не сможет сделать, потому что из амеллова паралича не мог вырваться даже огр.

Амелл тем временем закинул посох за спину и, подойдя к Логэйну, как ни в чём не бывало принялся дёргать за ремни его доспеха. Причём именно за те, на которых держалась прикрывавшая пах треугольная пластина.

– Он что делает? – ошарашенно осведомился Зевран. Кусланд недоуменно пожал плечами и огляделся: глаза у обездвиженного воина с каждой секундой становились всё круглее, а паника в них – всё отчётливее. Собрание Земель в шоке взирало на происходящее. Потерявшая дар речи Анора с мольбой глядела на будущего мужа.

Упрямые ремни наконец сдались, и пластина с металлическим грохотом рухнула на пол. Маг аккуратно приподнял край доходившей Логэйну до середины бедра кольчуги и старательно заткнул его за пояс. Кусланд уже открыл рот, собираясь напомнить соратнику, что во внешнем мире так себя вести неприлично, но Амелл отступил на шаг и, картинным жестом сдёрнув посох со спины, с размаху зарядил тупым концом регенту в пах.

Согнуться и рухнуть, прикрывая ладонями пострадавшее место, заклинание паралича Логэйну нисколько не помешало.

– Вот, я же помню всё, что ты мне говорил! – развернувшись к Кусланду, гордо заявил Амелл. – Что надо делать ставку не на эффектность, а на эффективность! Здорово же получилось, правда? Всего два удара!

Аристократ тихонько вздохнул.

– Ты молодец, Дайлен, теперь оставь тейрна Логэйна в покое.

– Не хочу, – заупрямился маг. – Хочу его себе оставить.

– Логэйн должен быть казнён! – вмешался выглядевший непривычно суровым Алистер. Кусланд скептически хмыкнул и переглянулся с нахмурившейся Анорой. Амелл, почуяв угрозу своему трофею, тоже сдвинул брови и требовательно уставился на него.

– Алистер, прекрати, – негромко проговорил аристократ. Воин сжал кулаки и упрямо повторил:

– Он погубил Дункана, чуть не довёл страну до развала, и уничтожил всех наших собратьев! И не смей даже думать о том, чтобы предложить ему Посвящение, как требовал Риордан!

Кусланд вздохнул и, обняв раскрасневшегося от гнева Алистера за плечо, доверительно проговорил ему на ухо:

– Друг мой, ты в самом деле думаешь, что оказаться в руках Амелла – это участь лучше смерти?..

Воин закрыл уже распахнутый для гневного ответа рот и, подумав, помотал головой.

– Во том же, – улыбнулся Кусланд и кивнул мигом успокоившемуся и снова принявшему обычный милый вид чародею: – Рекрут Ордена Логэйн Мак-Тир переходит под ответственность Стража Амелла.

–… А вы знаете, что маги в Кругах не знают своих родителей? – Амелл приставал к Логэйну с расспросами уже третий вечер, и, по прикидкам Кусланда, вскоре должен был всё-таки подобраться к настоящей цели всей этой экзекуции. Бывший тейрн отличался завидной стойкостью и, в отличие от дрыхшего в амелло-кусландовой палатке Зеврана, доходить до «нужной мысли» сам упорно отказывался. Амелл, впрочем, не сдавался. – А я всегда хотел иметь собственного папу. – Красноречивую, до предела выразительную паузу Мак-Тир проигнорировал тоже, и Кусланд мысленно поаплодировал его самообладанию. Ему ведь ни разу не пришлось всерьёз задуматься о безопасности своего ручного магистра. Амелл посопел и почти угрожающим тоном вопросил: – Ну так что, вы будете моим папой? – Не дождавшись ответа, маг обиженно добавил: – А то у Кусланда был, а я чем хуже?..

– Как-то это не очень похоже на обещанную тобой кару, – насупившись, заметил сидевший рядом с Кусландом Алистер. Аристократ покосился на товарища, вздохнул, заметив в его мимике явные признаки близящегося бунта, и негромко окликнул мага:

– Эй, Амелл, а ты в курсе, что во внешнем мире вертикальный инцест считается извращением?..

– Да? – мгновенно заинтересовался Амелл. Успевший немного сориентироваться в ситуации Логэйн сглотнул, и Алистер, тут же смутившись, пробормотал:

– Не, ну зачем так-то? Можно было просто убить…

– Бойся своих желаний, друг мой, они ведь могут и исполниться, – философски пожал плечами Кусланд.

Его Величеству Королю Ферелдена Айдану Кусланду.

Нашёл чем хвастаться! Па-адумаешь, ребёнок у него завёлся, наследник. Тоже мне, сокровище какое. А вот я себе завёл говорящее порождение тьмы, долийку-Хранительницу с во-от такими сиськами, духа Тени и Андерса! А ещё у меня теперь собственный почти чистый тейг есть, вот!

Сиди в своём скучном Денериме и завидуй.

Страж-Командор Ферелдена, эрл Амарантайна Дайлен Амелл.